Убийцу девушки, который разослал родным СМС о ее смерти, прокурор просит приговорить к 18 годам

В Гомельском областном суде подошли к концу слушания по делу об убийстве учащейся гомельского медколледжа Анастасии Бодуновой. Сегодня суд приступил к прениям.

Напомним, на скамье подсудимых — 24-летний Александр Шештакаускас. Молодой человек обвиняется в убийстве своей бывшей возлюбленной, 19-летней гомельчанки Анастасии Бодуновой. Трагедия произошла 30 августа 2016 года в одной из квартир пятиэтажки на улице Малайчука в Гомеле. Между молодыми людьми вспыхнула ссора, парень схватил топор. Позже судмедэксперты насчитали на теле убитой не менее 30 рубленых ран.

Свою вину обвиняемый признал, но рассказывать, как совершал преступление, отказался. Мать и дядя Александра Шештакаускаса, которые находились в момент совершения убийства в этой же квартире, проходят по делу свидетелями. Они отказались от дачи показаний. Также были допрошены и другие свидетели — прибывшие первыми на место происшествия участковый и сотрудники охраны, судмедэксперт, молодой человек погибшей, ее подруга и приятель обвиняемого. Троим последним, а также матери убитой девушки сразу после произошедшего с помощью СМС-сообщений и звонков Шештакаускас сообщил, что Насти больше нет.

Сегодняшнее судебное заседание началось с осмотра вещдоков, изъятых с места преступления. Среди них — личные вещи убийцы, окровавленная одежда и обувь погибшей, другие вещи из квартиры, на которых оказались следы крови девушки, мобильные телефоны и непосредственно орудие убийства — небольшой топор.

Также среди вещдоков находились записки и полуобщая тетрадь с единственной записью, которую в ней сделал обвиняемый: «Настя, я тебя очень сильно люблю».

Перед тем, как судья собралась огласить содержание записок, обвиняемый выступил с ходатайством удалить из зала суда прессу, но получил отказ.

Фото: Иван Яриванович, TUT.BY
Фото: Иван Яриванович, TUT.BY

Всего судья зачитала три записки Шештакаускаса — в них признания в любви, безысходность и мольбы вернуть отношения.

«Солнышко родное, прости за все, не хочу чтобы все было так. Не уходи прошу тебя. Я хочу быть с тобой. Подумай. Люблю тебя и целую. На века твой Сашка».

«Малыш, я знаю, что поздно, что-либо говорить. Хочешь, я не буду курить, не буду огрызаться, буду следить за собой, не буду дурить голову, не буду тебя оскорблять. Малыш, я тебя, правда, люблю. Прошу тебя…»

«Жаль, что так вышло у нас. Знаю, что поздно что-то менять. Это второе мое письмо, и если ты его читаешь, то первое было самым главным, но тебе стало по… Я не виню тебя ни в чем. Ты самая красивая, добрая, умная и самая лучшая на свете. Я много чего говорил, но слова — это слова, а текст — душа человека. Может, ты сейчас все поймешь. Если так, то не читай страницу два. Не хочу делать так, но другого выхода я не вижу. Я не смогу без тебя. Если вдруг что, то тут лежит сим-карта, звони. Я не смогу без тебя. Прости. Читай страницу два».

«Настя, солнышко мое, если ты это читаешь, то меня скорее всего нет уже… Это мой выбор, ты себя не вини. Ты знаешь, что я тебя очень сильно люблю и не хотел чтобы ты плакала. Я все сам испортил, поэтому я ухожу на радугу, туда, где все остальные. Жаль, что так вышло. Люблю тебя, прости и удачи. Все у тебя будет хорошо, прощай на века».

На этом судебное следствие было объявлено законченным, и суд перешел к прениям сторон. Слово было дано гособвинителю, потерпевшей стороне и защите обвиняемого.

Гособвинитель квалифицировал действие Шестакаускаса как убийство, совершенное с особой жестокостью. Он сообщил, что обвиняемый осознавал, что причиняет девушке особые мучения и страдания, предвидел наступление ее смерти и желал этого. Несмотря на выявленное специалистами у молодого человека органическое расстройство личности, он понимал и понимает значение своих действий и мог руководить ими. В результате прокурор запросил для обвиняемого 18 лет колонии усиленного режима.

Вместе с тем родители убитой попросили наказать обвиняемого строже и дать Шештакаускасу 25 лет тюрьмы.

Также гособвинитель потребовал частично удовлетворить гражданские иски потерпевшей стороны о возмещении морального вреда — выплатить по 40 тысяч рублей матери и отцу погибшей (в начале процесса родители девушки просили выплатить 50 тысяч рублей каждому).

Адвокат обвиняемого сказала, что нет оправдания поступку, совершенному ее подзащитным, выразила соболезнования родным погибшей. Тем не менее, призвала суд учесть некоторые обстоятельства. Такие, как состояние психического здоровья обвиняемого.

— Несмотря на то, что, по заключению экспертизы, Шестакаускас мог осознавать свои действия и не находился в состоянии аффекта, полагаю, что в момент совершения преступления имеющееся у него психическое расстройство не могло не сказаться на его поведении. Неприятные известия, стрессовая ситуация могли вызвать обострение болезни и теоретически могли спровоцировать такую агрессивную неадекватную реакцию в тот день, — сказала адвокат. Кроме этого, она напомнила, что свидетели, дающие ранее показания в суде, характеризовали Александра как спокойного, домашнего бесконфликтного человека. — Какая бы мера наказания не была избрана судом, самый страшный суд — тот, в котором человек судит себя сам, и ему с этим теперь жить и все это переживать.

10 марта Александру Шестакаускасу будет вынесен приговор.

Фото: Иван Яриванович, TUT.BY
Фото: Иван Яриванович, TUT.BY



Новости tut.by
Гомель
Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции

Комментарии